Вісник - Випуск 41 - 2009

Історія стародавнього світу та середніх віків

О положении рабов в римской Дакии

Про становище рабів у римській Дакії. В статті досліджується матеріальне та суспільне становище рабів в римській провінції Дакія. Автор доходить висновку, що становище рабів, які належали приватним особам було не дуже добрим. Лише деяким з них, що належали відомим та багатим провінціалам вдавалося накопичити певні заощадження та отримати волю. Імператорські раби, особливо ті, які були задіяні в державних установах, знаходились у значно кращому стані. Вони були єдиними представниками імператора для більшості провінціалів. Імператорська служба дозволяла рабам скласти собі певний статок. Раби імператора займали привілейоване становище не тільки серед рабів, а й серед значної частини вільного населення Дакії.

Ключові слова: Римська імперія, провінція, Дакія, раби.

Изучение истории общества Римской империи невозможно без всестороннего анализа положения рабов. Рабство в той или иной степени охватывало все сферы жизни римского общества. Взаимоотношения «раб - свободный», их правовая характеристика во многом определяли внутреннее содержание общественной жизни империи. Римскому рабству посвящено немало исследований различных авторов, но большинство из них основной акцент делали на экономической составляющей рабского труда. Между тем, будучи неполноправными, а зачастую и вовсе бесправными, не существуя в восприятии римлян как личность, рабы были неотъемлемой частью римского общества. В ряде случаев рабы могли иметь определенные средства, владеть пекулием, что уже делало их участниками общественных отношений. И определение их положения в римском обществе представляется не менее актуальным, чем исследование хозяйственно-экономической функции рабов. Значительный интерес при исследовании положения рабов представляет общество римской Дакии. Позже других, лишь в начале II в. н. э., завоеванная и опустошенная длительными дакийскими войнами провинция подверглась заселению выходцами из других, уже романизированных районов империи с перенесением на местную почву всех атрибутов римского провинциального общества, в том числе и рабства. В связи с этим, изучение социального и материального положения рабов представляется необходимым для составления более полного представления об обществе римской Дакии.

Основными источниками для изучения материального и общественного положения рабов в Дакии являются эпиграфические памятники - почетные и вотивные надписи, эпитафии. Всего из римской Дакии до нас дошло около 150 надписей, упоминающих рабов. В них названы имена 110 рабов - 53 частных и 57 императорских. Абсолютное большинство надписей происходит из районов Верхней Дакии, имевших значительно более развитую городскую инфраструктуру. К столице Дакии - Сармизегетузе относятся 39 надписей, к военному центру провинции Апулу - 25 надписей, к Ампелу, центру золоторудного района Дакии - 21 надпись. Нижняя Дакия представлена лишь 12 надписями, шесть из которых относятся к Дробете. В целом источниковая база позволяет изучать вопрос о положении рабов в провинции.

Среди исследований по римскому рабству выделяются работы Д. Тудора и Ю. К. Колосовской, посвященные рабству в Дакии и дунайских провинциях, однако основное внимание в них уделяется хозяйственной деятельности рабов, к тому же работа Д. Тудора несколько устарела. В ряде других работ Ю. К. Колосовской, в монографиях по истории римской Дакии И. Т. Кругликовой и М. Макри рассматривается положение рабов в провинции, но недостаточно подробно. Изучению места рабов в римском обществе уделяется немалое внимание в общих исследованиях по римскому рабству Н. Брокмайера и Й. Фогта, а также в монографии Е. М. Штаерман о рабовладельческих отношениях в Италии. Положение императорских рабов в период принципата рассмотрено в работах П. Уивера и Ж. Бульвера. Значительное место исследованию положения несвободного населения Римской империи уделено в монографиях Г. Альфельди и Й. Бляйкена о римском обществе. Специальной работы, посвященной материальному и общественному положению рабов в римской Дакии, насколько нам известно, нет. Представляется важным, с использованием новых эпиграфических данных, всесторонне рассмотреть вопрос о положении рабов в римской провинции Дакия.

Исследуя положение рабов, прежде всего следует остановиться на их материальных возможностях. Юридический статус раба не признавал за ним право на собственность, так как по закону раб вообще не существовал как личность. Все что имел раб, как и он сам было собственностью господина. Однако рабы, в некоторых случаях, могли накопить определенные суммы денег и даже купить себе свободу. Государство этому не препятствовало и даже поощряло подобный выкуп рабов, так как было заинтересовано в увеличении числа состоятельных граждан. Кроме того, освобождение таких рабов было хорошим примером и стимулом для остальных, что, в известной степени, стабилизировало и укрепляло рабовладельческую систему. Работа на достаточно высоких должностях, коммерческая деятельность позволяли некоторым рабам приобрести довольно солидные состояния, о чем свидетельствуют возводимые ими дорогостоящие постройки. Так, императорские рабы-вилики Евтих и Апуленсис построили новое здание таможни в Дробете, посвятив его здоровью трех Августов - Септимия Севера, Каракаллы и Геты (IDR, II, № 15). Храм Небесной Богине на свои средства возвел в Сармизегетузе императорский раб Немезиан, занимавший должность либрария (секретаря) в провинциальной администрации. Кроме этих построек, с территории римской Дакии до нас дошли 12 установленных рабами надгробных памятников и 41 воздвигнутый на средства рабов алтарь. Основная масса памятников и алтарей сооружена рабами императора (CIL, III, № 7919, 8042, 13798 е. а.), и лишь меньшая часть создана на деньги частновладельческих рабов - 2 надгробных памятника (CIL, III, № 1468, 7830) и 16 алтарей (CIL, III, № 1549, 1568, 1573 е. а.).

В основном, сооружавшие постройки частные рабы принадлежали довольно богатым и известным в Дакии хозяевам. Пять алтарей установлены на средства рабов влиятельнейшего в Дакии клана Элиев Антипатров и Элиев Марцеллов. Алтари Юпитеру и Геркулесу в Апуле и Адмедиаме за здоровье римского всадника Публия Элия Антипатра, дуумвира, квестора и фламина колонии Апул, верховного жреца Августа в провинции, воздвигли его рабы-акторы Онесим и Евтих (CIL, III, № 1573, АЕ, 1930, № 8). Всаднику Публию Элию Антипатру Марцеллу, его сводной сестре Публии Элии Юлиане Марцелле, их отцам римским всадникам Публию Элию Антипатру и Публию Элию Юлиану, а также усыновителю Публию Элию Марцеллу посвятили два алтаря в Апуле их рабы-акторы Дада и Филет (CIL, III, № 1181, 1182). Семья Элиев Антипатров и Элиев Марцеллов активно занималась торговлей и откупными операциями, что позволяло обогатиться и их рабам-акторам (управляющим делами или финансами). В честь других известных в Дакии откупщиков - римских всадников Публия Элия Стренуя и Тита Элия Мария, установили алтари в Апуле (CIL, III, № 1209) и в районе современного селения Домнешть их рабы Руфин и Аттик. Алтари Юпитеру и Геркулесу в Диерне (IDR, III/1, № 35) и Адмедиаме (CIL, III, № 1568), а также алтарь Гениям таможни в Апуле за здоровье кондуктора таможенного округа Тита Юлия Сатурнина посвятили его раб-контролер (contrascriptor) Беллин, раб Феликс и раб-вилик Максимиан. Раб-актор Гермадион, соорудивший алтарь Митре в Тибиске (CIL, III, № 1549), принадлежал семье Турраниев, активно занимавшейся коммерцией, в частности, снабжением армии (CIL, III, № 1121).

Все упомянутые монументы были довольно дорогими - плиты прекрасно выполнены, надписи сделаны весьма подробно. Такие сооружения были доступны только состоятельным рабам. К ним относились те, кто служил богатому хозяину, сумел выделиться и накопить определенные средства, помогая господину в хозяйственной и коммерческой деятельности. Хозяева по-видимому не препятствовали обогащению рабов, позволяли им увеличивать свой пекулий. В этом была прямая выгода - обогащаясь сам, раб обогащал и хозяина. К тому же, добрую волю хозяина хороший раб мог оплатить трудолюбием и преданностью. Положение рабов из знатных и богатых домов было значительно лучше, чем у многих свободных крестьян и ремесленников. Таких рабов в Дакии было, вероятно, немного - из упомянутых в надписях 53 частных рабов лишь 15 оставили памятники и алтари. Положение большей части рабов, принадлежавших частным хозяевам, было, видимо, не столь благоприятным.

В отношении императорских рабов статистика выглядит иначе. Из 57 упомянутых в надписях рабов императоров 36, то есть больше половины, воздвигли на свои средстваразличные постройки, памятники, алтари. Именно императорским рабам принадлежат более или менее крупные постройки - здание таможни и храм. Их финансовые возможности, права и привилегии в римской Дакии были значительно большими, чем у частных рабов. Большая часть упомянутых в надписях императорских рабов - 42, занимали различные посты в государственной администрации - провинциальной, таможенной, горнорудной. Так, высшую для раба административную должность диспенсатора (заведующего финансами) занимали императорские рабы Каллист, установивший алтари Юпитеру в Апуле и Ампеле за здоровье свое и своей жены Корнелии (CIL, III, № 1085, 1301), и Антроций, посвятивший алтарь Эскулапу и Гигиен за здоровье двух августов в Апуле (CIL, III, № 978). Императорский раб, а затем отпущенник Хилас занимал пост вицезимария (vicesimarius) - сборщика пятипроцентного налога с наследств (vicesima hereditatium) и освобождаемых рабов (vicesima manumissionum) (CIL, III, № 7729, 13798). Императорскими виликами (сборщиками пошлины) таможенных станций были Зотик и Сальвиан, воздвигшие статую императора Коммода в Суцидаве (CIL, III. № 8042), а также Синтроф, посвятивший алтарь Геркулесу за здоровье императора Каракаллы и его матери Юлии Домны в Адмедиаме (CIL, III, № 1565). На должности диспенсатора золотых рудников, находился императорский раб Сириак, оставивший посвящение Церере в Ампеле (IDR, Ш/3, № 292), а императорский раб Фусцин был табулярием (ответственным за документацию) золотых рудников (CIL, III, № 1315). Впечатляюще выглядит карьера императорского раба Романа, упомянутого в трех надписях из Ампела. Рабом императора он назван в посвящении Либеру и Либере (CIL, III, № 1303) В посвящении Исиде за здоровье Марка Юлия Аполлинариса, прокуратора золотых рудников, Роман упомянут уже как императорский раб-вилик (CIL, III, № 7837). И, наконец, в эпитафии своей дочери Роман именует себя императорским вольноотпущенником и прокуратором золотых рудников (CIL, III, № 1622).

Императорские рабы, задействованные на административной службе, получали жалование, но установить его размер для Дакии не представляется возможным. В качестве примера может быть взято жалование императорского раба, занимавшего высокую должность в дворцовом ведомстве в Риме - 40 тыс. сестерциев в год. Провинциальные рабы-администраторы, вероятно, получали меньше. Да и разница в доходах раба-диспенсатора и раба-либрария, надо полагать, была существенной. Но все же материальное и общественное положение рабов императора представляется значительно лучшим, чем у большинства их сотоварищей - рабов частных лиц. Такие рабы имели возможность и законное право владеть пекулием. Половина пекулия принадлежала императору, а половиной раб мог распоряжаться самостоятельно, в том числе и завещать его (Ulp., Fragm., XX, 17). Частью пекулия императорских рабов могли быть и собственные рабы-викарии (Dig. XXXIII, 7, 12, 44). Свой рабский статус - Augusti nostri servus илиverna, они не только не пытались скрыть, а напротив, с гордостью указывали в надписях. При этом имя конкретного принцепса не указывалось. Права господина и патрона переходили от императора к императору, и раб или отпущенник оставался для каждого из них «своим человеком». Находившиеся на важных должностях в провинциальной администрации, императорские рабы, видимо, занимали достаточно высокое положение в обществе римской Дакии. Для большинства провинциалов именно они олицетворяли собой императорскую власть, поскольку раб не имел своей юридической личности, он прямо представлял своего господина и говорил от его имени. Выше таких рабов были только наместник и прокураторы, недосягаемые для большинства провинциалов. Им приходилось иметь дело именно с императорскими liberti et familia. Подобное положение оставляло довольно широкий простор для различных махинаций и злоупотреблений, ставило некоторых рабов императора выше многих свободных жителей Дакии. В такой ситуации неудивительны заискивающие посвящения, которые могли оставлять свободные в честь императорских рабов. Так, Флавий Беллик установил алтарь Юпитеру в Сармизегетузе за здоровье императорского раба-кассира (ex arcario) Януария и его жены Виции Трепты, вероятно свободной женщины (CIL, III, № 7912). Этот Януарий сделал неплохую карьеру, сумев достичь важной должности финансового контролера - нуммулярия и получить свободу (CIL, III, № 7903).

Участие в муниципальной жизни рабам было недоступно. Единственным местом, где они могли ощутить свою причастность к общественной жизни, были коллегии. С согласия хозяев, рабы могли принимать участие в деятельности культовых и погребальных коллегий. Коллегии создавались всесословно, опираясь на имущественный принцип. Здесь раб мог общаться не только с себе подобными, но и со свободными людьми, мог ощутить, пусть и формально, дух равенства, присущий коллегиям. Но доступ в коллегии был возможен лишь состоятельным рабам - каждый член коллегии ежемесячно вносил определенную сумму (stipes menstruae) в общую кассу (Dig., XLVII, 22, 1), которая расходовалась на помощь в погребении, проведение различных коллегиальных мероприятий, совместных шествий и пиршеств в праздничные дни. В Ампеле существовала collegium aurariarum, от имени которой был установлен алтарь Юпитеру за здоровье императора (CIL, III, № 941). В коллегию входили представители рабско-отпущеннической администрации и мелкие арендаторы рудников. Возможно, представители императорской администрации рудников входили в погребальную коллегию Юпитера Цернера, существовавшую в другом центре золоторудного района Дакии - Альбурне Майор. Об этой коллегии нам известно из таблички о ее роспуске в 167 г. в связи с сокращением численности с 54 человек до 17 (CIL, III, № I). В Напоке существовала collegium Asianorum, культовая коллегия, объединявшая почитателей Диониса (CIL, III, № 870). В надписи от 235 г. перечислены 44 имени членов коллегии, среди которых встречаются имена, характерные для рабов - Грек, Зоил и т. д. Из Сармизегетузы известны Hercliani et Cervi, возможно, культовые коллегии, от имени которых императорский раб Роман и его жена Аврелия Хреста воздвигли алтарь Либеру и Либере (IDR, Ш/3, № 319). По мнению Т. Моммзена, это могли быть мужская (Hercliani) и женская (Cervi) коллегии, объединявшие почитателей Либера и Либеры (CIL, III, № 1303). По утверждению же К. Дайковичу, Hercliani и Cervi были коллегиями почитателей Геркулеса и Цереры. Судя по тому, что посвящение от имени коллегий оставил императорский раб, в их деятельности принимали участие и несвободные жители провинции.

Вступать в законный брак (matrimonium) рабы не могли, им было доступно лишь сожительство (contubernium). Римские законы не признавали ни права рабов на брак (Dig. XXIII, 2, 4, 5), ни на отцовство (Dig. XXXVIII, 10, 3, 8). Однако рабские семьи в Дакии, пусть неофициально, но существовали, и здесь также было заметно привилегированное положение императорских рабов. Создавать семью могли лишь рабы, способные владеть пекулием, в чем больше возможностей было у рабов императора. Примечательно, что своих женщин они называли именно женами (coniunx), а не сожительницами. Только в двух надписях с территории Дакии упоминаются семьи рабов, принадлежавших частным хозяевам. Рабы Руфин и Бревк посвятили эпитафии своим женам в Дробете и Альбурне Майор (CIL, III, № 7830, 8020). Значительно чаще упоминаются жены и дети императорских рабов. Алтарь Юпитеру в Апуле установили императорский раб диспенсатор Каллист и его жена Корнелия (CIL, III, № 1085). Эпитафию своей жене, рабыне двух августов Гигиеи посвятил императорский раб Августал (CIL, III, № 1532), а чиновнику императорской канцелярии рабу Тимоклу эпитафию оставила его жена, рабыня императора Бона. Императорский раб Терций посвятил эпитафию своему сыну Юстину, помощнику секретаря в Ампеле (CIL, III, № 1314). Видимо, нередки были случаи, когда у получившего свободу раба в рабском статусе оставались его дети. Императорский отпущенник Геркулан, помощник табулярия (adiutor tabularii), оставил эпитафию своей жене Клавдии Турпилле и сыну, императорскому рабу Карону (IDR, Ш/2, № 402). Также своему сыну, рабу императора, Аллиану посвятил эпитафию отпущенник, adiutor tabularii, Константин (CIL, III, № 1466).

Императорские рабы имели право жениться на свободных женщинах. Вступившая в такой брак, женщина не теряла своего свободного состояния, а приравнивалась к отпущенницам. Дети от такого брака могли наследовать статус матери, но не могли претендовать на наследство отца. Например, Публий Элий Элиан, сын императорского раба, викария диспенсатора Пипера Тимострата, имел статус свободного человека и носил имя матери, отпущенницы Элии Эпистесис (IDR, III/1, № 26). Уже упоминался раб Януарий, женатый на свободной женщине (CIL, III, № 7912). Раб императора Фусцин, занимавший должностьab instrumentis tabularii, прожил 11 лет и 10 месяцев в браке со свободной женщиной Соссией Сабиной (CIL, III, № 1315). Публия Юлия Сукцесса была женой императорского раба Ярса (CIL, III, № 7998), а Кассия Рогата - женой Валентина, раба в должности librarius ab instrumentis censualibus (CIL, III, № 7974). Посвящение Отцу Либеру и Либере в Ампеле оставили императорский раб Роман и его жена Аврелия Хреста, вероятно отпущенница (CIL, III, № 1303).

Таким образом, императорские рабы представляли собой привилегированную часть несвободного населения Дакии, ставившую себя порой выше многих свободных. Такое положение им позволяла занимать императорская служба. Римские правители нуждались в лично преданных им людях, чья судьба полностью зависела от императорской воли. А рабы принцепса прекрасно осознавали, что только преданность и добросовестная служба императору могут быть залогом ихбудущего благополучия и, возможно, свободы, что видно по многочисленным посвящениям с выражением верноподданнических чувств правителю (CIL, III, № 978, 1565, 8042 е. а.). К тому же при частосменяемых наместниках и прокураторах был необходим штат опытных квалифицированных администраторов. Именно преданные и добросовестные императорские рабы и либертины обеспечивали отлаженную и стабильную работу провинциальной и других государственных администраций, являлись надежными проводниками официальной римской политики и идеологии. В этом они, в какой то степени, дополняли ветеранов, имея возможность воздействовать на те слои населения, с которыми отставные военные были связаны слабо или не связаны вообще.

Положение рабов в Дакии было неодинаково. Рабы частных лиц в основной своей массе, видимо, не отличались высоким уровнем материального и общественного положения. Лишь некоторым из них удавалось накопить довольно приличные состояния и в дальнейшем обрести свободу. Прежде всего, это рабы известных и богатых провинциалов, обогатившиеся, помогая в коммерческой деятельности своим хозяевам. Являясь неотъемлемой частью провинциального общества, в общественной жизни, за исключением деятельности в коллегиях, рабы участия не принимали. Императорские рабы, особенно задействованные в различных государственных ведомствах, находились в значительно лучшем социальном и материальном положении. Такие рабы были олицетворением императорской власти и выразителями императорской воли для большинства провинциалов. Благодаря императорской службе они могли составить себе определенное состояние. По своему положению рабы принцепсов приближались к ведущим сословиям провинции. Составляя особую корпоративную группу, императорские рабы занимали привилегированное положение не только среди рабского, но и среди значительной части свободного населения Дакии. Слившись с Империей, считая себя ее частью, они именно с ней и со своим хозяином и патроном - императором связывали свое будущее благополучие и являлись надежной опорой государственной власти в провинции.